Пять дней счастья во Львове. ч.3

Заключительная часть репортажа Татьяны Балакирской

Представляя трио польского пианиста Анджея Ягодзинского, исполняющего произведения Фредерика Шопена в джазовом переложении, ведущая Марта Бильска (ей - отдельные комплименты за изысканность, женственность и смелость в конферансе) вспомнила фрагмент из собственной биографии, - когда она девчонкой впервые услышала Шопена. Случилось это в гостях у её же сверстницы-подружки, которой, прежде чем выходить гулять, нужно было отыграть положенные этюды-гаммы. "Коли вона заграла ноктюрн, я скам'яніла," - говорит Марта. - "комок у горлі стояв увесь час, що лунала музика.". Пожалуй, трудно найти более лаконичный способ описать то, что происходило в зале Львовской Филармонии 6-го декабря.

Вообще-то персонально я, признаться, не была готова к глубоким переживаниям. Как-то так вышло, что альбомы, которые издает трио - пан Ягодзинский вместе со своими коллегами, контрабасистом Адамом Чегельским и барабанщиком Чеславом Бартковским, - прошли мимо меня. А склад характера и личные пристрастия редко позволяют мне доверять публикациям и мнениям знакомых - да, пан Анджей действительно один из лучших пианистов Польши, обладатель премий, выпускник Консерватории им.Шопена. Но... грешна, страдаю комплексом Фомы: "не услышу - не поверю". И перед посещением сета трио я намеренно не стала знакомиться с его творчеством, чтобы "не перебить аппетит". Не перебила. И счастлива, что первое знакомство с Ягодзинским прошло именно на живом концерте, что не пришлось воспринимать музыку в фоновом режиме, отвлекаться на телефонные звонки и рабочую почту.

Начало сета, казалось, не сулило ничего особо выдающегося. Спокойная босса-нова, - а в ней уж, кажется, что угодно можно сыграть - осторожное обращение с оригиналом, интеллигентная подача. Однако проходит несколько минут, и музыка, которой ты уж было навесил ярлык "высокопрофессионально, интересно, довольно академично, что скорее комплимент, чем упрёк" превращается... в самое настоящее волшебство. Ты не замечаешь, где именно на шкале восприятия появляется эта точка - то ли кипения, то ли, наоборот, таяния; не успеваешь даже понять, когда ты выключился из сознательного оценивания происходящего, и вспоминаешь о том, что нужно же писать какие-то заметки и фиксировать факты в блокноте, уже после того, как сет перевалил за половину. Усилием воли заставляешь себя анализировать акт искусства.

Анджей Ягодзинский - виртуоз. В последнее время это слово начинает терять свою ценность, как теряет значимость слово "люблю", когда его говорят всем подряд. Виртуозами нынче зачастую называют графоманов от музыки, "поливателей" грифа и клавиатуры; людей, которым важна соревновательность, которые возводят технику и скорость в приоритет (среди журналистов даже существует присказка, что "виртуоз" - это такая болезнь, вроде сколиоза). В случае с Ягодзинским виртуозность - не самоцель, а лишь одно из выразительных средств. Пианист легко и раскованно выполняет сложнейшие - и вдохновенные! - фортепианные пируэты, не боясь потерять мысль. И не теряя её. Партнёры Анджея, пожалуй, не уступают ему в мастерстве - не говоря уже о том, что за без малого 17 лет совместной работы музыканты научились понимать друг друга с полувздоха: трио превратилось в единый организм. Правда, убеленный сединами легендарный польский барабанщик Бартковский затмил своего более молодого коллегу по ритм-секции. По крайней мере, моё внимание - во время тех моментов, когда можно было себе позволить перевести его с пальцев Ягодзинского, - было приковано к порхающим барабанным палочкам. Бартковский, перед которым стоял пюпитр с целой нотной простынёй (зрелище не из обычных) творил нечто невероятно изящное, невероятно тонкое и воздушное, - под стать жемчужно-бисерным фортепианным россыпям.

Однако, повторюсь, головокружительные импровизационные пассажи в баснословном темпе - далеко не всё, что может предложить слушателю польское трио в контексте переосмысления наследия Шопена. Каждое произведение подаётся по-разному, каждая пьеса имеет оригинальное прочтение. Где-то аранжировка основана на регармонизации, где-то на перепрочтении мелодии, - или же вкраплении большого количества импровизационных элементов, изменении темпа, присвоения ярко выраженной принадлежности к одному из джазовых стилей.

Словом, музыканты подходят к созданию "кавер-версий" осознанно и вдумчиво. На минуту отвела взгляд от сцены, чтобы узнать, как зрители реагируют на музыку. Многие сидят, нахмурившись; многие - с мечтательным выражением; некоторые - улыбаясь; почти все - держа руки у лица. Но больше всего было тех, кто слушал с закрытыми глазами... Словом, восторг. Восторг. Конечно же, был бис, и конечно же, была продолжительная овация. Я даже удивилась тому, что она не переросла в стоячую. Но и так было хорошо.

А вот слушать сет международного проекта Avtokar с закрытыми глазами было бы излишним. Вообще спонтанную импровизацию полезно впускать в себя посредством не только слуха, но и зрения - принципы взаимодействия музыкантов становятся понятней; наблюдать - интересней. Участники проекта, Марк Токар (Украина, контрабас), Mark Sanders (UK, ударные), Wacław Zimpel (Польша, кларнет, саксофон) и Mikolaj Trzaska (Польша, саксофон), впрочем, продемонстрировали разновидность такого импрова, который особой сложности для восприятия не представлял. Тем "страньше" была реакция доброй трети аудитории, покинувшей зал в первые минуты выступления Avtokar.

Во-первых, не так страшен new improv, как его малюют. И если бы зрители хотя бы попытались преодолеть свой страх перед необычным и не стали немедленно прятать голову в песок, - может быть, они и смогли бы оценить всю прелесть непредсказуемости, которая создается в руках талантливых музыкантов. Во-вторых, наверняка посетители концерта знали, кто будет выступать 6 декабря. И если они шли исключительно на трио Ягодзинского, то можно было бы вежливо отправиться восвояси во время антракта. Ну, в любом случае, в зале после "фильтрации" остались только неслучайные зрители.

Так вот, музыка Avtokar, несмотря на пугающую консервативного слушателя спонтанность и сиюминутность, вполне мелодична, сюжетна, даже ритмична - одним словом, дешифруема. Структура композиций (а их за весь сет прозвучало всего две, не считая коротенького биса) логична, чётко оформлена и прочитываема; пьесы получаются динамичными, следить за их развитием невероятно интересно - даже неискушенный слушатель на концерте Avtokar наверняка не заскучает. Тем более, что музыканты так неожиданно используют свои инструменты: Сандерс с установкой и дерётся, и водит по ней проволокой, подбрасывает маленькую тарелку-сплэш в воздух; Токар сует под струны щепки и страстно обнимается с декой. Причем всё это не цирк, а вполне осознанные способы звукоизвлечения, служащие конкретной художественной цели.

У участников Avtokar, кроме отличного вкуса, изобретательности и исключительного, на уровне телепатии, взаимодействия, ещё и отличное чувство меры: что по окончании основной программы, что в финале пьесы, исполненной на бис, оставалось ощущение ненасыщенности, - хотелось слушать ещё и ещё. Судя по ору, который разразился в зале филармонии, в этом ощущении я была не одинока Восхитительный концерт выдался 6-го декабря, просто восхитительный.

Неким контрастом к нему стал следующий фестивальный вечер, состоявшийся в львовском джаз-клубе (кафе Квартира 35). Надо признаться, что молодая львовская фанк-группа Ad Libitum получила чересчур большой аванс, когда ей было присвоено звание самой перспективной команды фестиваля "Флюгери Львова '09". Сам по себе музыканты, в общем-то, играют на вполне приличном уровне (особо я бы выделила гитариста Ореста Жука и бас-гитариста Сергея Бридуна), однако с материалом однозначно надо что-то делать. Ну нельзя же всерьёз, без намёка на самоиронию, исполнять сюрреалистические тексты вроде того, что звучит в "Песне про лиса". Солистке же ансамбля, - девушке с приятным тембром и не лишённой сценического обаяния - определённо стоит или срочно заняться изучением джазовой гармонии, или пока повременить с импровизацией на публике.

Что до ещё одного клубного выступления, - сета международного коллектива Bez Spogadiv (Нидерланды-Канада-Украина) - то он, как мне показалось, был несколько недооцененным. В частности, овации и биса 8-го декабря не случилось, в то время, как Ad Libitum публика приветствовала куда как более резво. А ведь то, что играют Bez Spogadiv, достойно быть представленным на музыкальном форуме самого высокого уровня. Взвешенная смесь (взвесь, если угодно) новаторства, эмоциональной сдержанности, выпестованного саунда и по-европейски тонкой игры на нюансах - результат работы Александра Максимова (гитара), Мартина Твердуна (саксофон), Кирилла Абрамова (клавишные) и Андрея Войтюка (ударные). Своеобразная атмосферная монотонность Bez Spogadiv - пожалуй, одно из самых приятных открытий Jazz Bez '09.

9-го декабря во Львов приехали воронежцы Happy 55. Пианист Ярослав Борисов, барабанщик Александр Битюцких и контрабасист Марк Гайдар - мои давние знакомые (да чего там - хорошие друзья), поэтому во Львове я самовольно взяла на себя.функцию тур-менеджера группы, и весь день мы с невыразимым наслаждением гуляли по Львову. Марк, как мог, практиковался в украинском, Саша (который, не идя на компромиссы в виде ресторанных халтур и оставаясь верным собственной музыке, на жизнь зарабатывает профессиональной фотосъемкой) извел на живописные виды метры фотоплёнки. К вечеру нам даже удалось прослушать короткую, но невероятно увлекательную лекцию об особенностях львовской архитектуры от случайного прохожего, - по всей видимости, переживающего не лучшие времена интеллигента. В пол-шестого мы прибыли на саундчек, музыканты остались им довольны и я, будучи хорошо знакома с напористой музыкой воронежцев, потирая руки, с нетерпением ждала, что парни на концерте "вжарят" по полной.

Однако того эффекта, который обычно создает пост-панк-джаз от Happy 55 и который я не раз испытала на себе, достичь не удалось. В первой композиции звукорежиссер ещё примерялся в заполнившемуся людьми залу, к концу её звуковая картинка стала более-менее достойной, но уже на следующей пьесе микрофон, подзвучивавший рояль, как-то неожиданно отключился. Звукотехник попытался восстановить его работу прямо во время игры музыкантов; толком у него ничего не вышло, и... Ярослав Борисов отыграл весь концерт в акустику.

Учитывая то, что у барабанов и контрабаса практически во всех пьесах довольно энергичные партии, слышно Ярослава было только в то время, когда ритм-секция переходила на piano. Словом, фокус удался не так, как того заслуживала бы музыка Happy 55. Как бы то ни было, аудитории удалось вычленить из довольно кашеобразного и несбалансированного звука достаточно, чтобы остаться довольной концертом (впечатления Андрея Издрика от концерта - по этой ссылке). По крайней мере, овация произошла и на бис парни сыграли. В гримерке они сильно удивлялись моему недовольному виду - в мониторах-то звук был прекомфортный.

Не буду лукавить: не вполне удачный сет Happy 55 меня нешуточно огорчил, и из драйвового выступления проекта Gurzuf, белорусского дуэта ударных и баяна, я прослушала всего пару композиций. Впрочем, по ним удалось составить мнение: 9 декабря, пожалуй, больше всего соответствовало постфиксу Bez в названии фестиваля. "Не Jazz Bez, a Bez Jazz!" - небезосновательно шутила команда организаторов.

А на следующее утро я уже улетала обратно в Москву.

Не буду долго подводить итоги тому, что произошло за эти "пять дней счастья во Львове". Скажу лишь, что на следующий Jazz Bez я постараюсь утянуть с собой столько знакомых и друзей, сколько смогу. Оно того стоит.